Госпиталь

07-07-2016

А за три недели мы уже были снова в сложившейся нашей армии.

Мы знали, что идем на соединение с ней.

Тульчин

Перед самым Тульчином сотник Соловьев запретил мне седлать моего муде. Еще с Синюхи, когда в силу обстоятельств долго не снимал седла, муде имел утра, сначала с горошину. Я прорезал потник седла и ездил дальше. Ранка то заживала, то открывалась вновь. Перед тем была с копейку и уже затянулась нежной розовой кожей. И муде, глупый, почесал и зубами содрал кожу - теперь был плохой струп.

Имел я еще одного коня, и его заезжал юноша пехотинец, вызвался к нашей сотни. Я одолжил ему лошадь, а напоил горячего.

Пытался просить сотника. И он запретил седлать муде ... И сказал:

- Он стоит Азор, Седлайте его.

Азор - это была любовь и гордость Захара Ярмака. И странно мне было, почему Ярмак оставил Азора, когда по всему видно, что Тульчин будет "горячим". А на "горячее" все принимали лучшие лошади, кто имел два.

- Господин сотник, и меня Ярмак убьет, как, не дай Бог, что случится с лошадью, - говорю сотнику Соловьеву.

А он мне:

- Я приказываю.

После этого "приказываю" уже разговоров не могло быть. Так мне это не нравилось, хотя и сидеть в обозе совсем не хотелось.

Посидлав я Азора. К счастью, или несчастье, Ярмака послали куда-то за сотню. Пока я "счастливо" присоединился к сотне.


Смотрите также:
 Сивашский мост
 Наш дозор
 Захват Головановки
 Летичевские бои
 Герои Емиливского боя

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - решите пример: